НОВОСТИ    БИБЛИОТЕКА    ССЫЛКИ
КРАТКИЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ РАЗДЕЛЫ ПСИХОЛОГИИ
КАРТА САЙТА    О САЙТЕ


предыдущая главасодержаниеследующая глава

§ 1. Угасание

А. Мы видели, что предъявление подкрепления (безусловный раздражитель -в случае классической условной реакции, вознаграждение или наказание - в случае инструментальной условной реакции) является важным условием образования условных реакций. Следует добавить теперь, что это также необходимое условие их сохранения. В лабораторных экспериментах часто в той или иной пробе устраняют подкрепление, чтобы проверить, способен ли один условный раздражитель вызвать ответную реакцию. Не следует, однако, делать отсюда вывод, что условная реакция может сохранять свое действие в отсутствие всякого подкрепления. В действительности устранение последнего в одной из проб является таким средством наблюдения, которое оказывает определенное действие на его объект, однако в данном случае нельзя проводить наблюдения, не вызывая изменений в самом объекте наблюдения.

Если совсем отказаться от всякого подкрепления, то изменение становится радикальным: условная реакция начинает уменьшаться, ее амплитуда сокращается, а латентный период увеличивается; частота реакции также уменьшается вплоть до полного исчезновения реакции (Павлов, 1951). Условный раздражитель перестает, таким образом, после определенного числа проб вызывать какую бы то ни было реакцию; внешне он становится индифферентным раздражителем в отношении данной реакции. Картина исчезновения условной реакции является, следовательно, противоположной картине ее образования - это угасание условной реакции. Нужно добавить, что чем медленнее и труднее происходило образование условной реакции, тем легче и быстрее она угасает, и vice versa (Наоборот (лат.)): обратное отношение существует между угасанием и восстановлением условной реакции.

Б. Факторы, влияющие на образование условной реакции, действуют также и в ходе ее угасания; в случае слюнного рефлекса менее продолжительное лишение пищи, обусловливающее менее сильную реакцию, выразится в более легком угасании; таково будет также, как правило, влияние всякого ослабления потребности или мотивации, связанной с условной реакцией. Точно так же более интенсивный раздражитель, вызывающий более сильную условную реакцию, сделает угасание более медленным (Павлов, 1951). Наконец, если научение происходило при большом числе подкреплений, то для угашения условной реакции также потребуется множество предъявлений раздражителя без подкрепления. Можно, следовательно, считать, что стойкость к угашению, измеряющаяся числом неподкрепленных проб, необходимых, чтобы привести к полному исчезновению условной реакции, представляет собой действительный индикатор силы последней. Он также может, хотя и несколько иначе, характеризовать условную реакцию (см. Уильяме, 1938; Перзн, 1942), как ее амплитуда, латентный период или частота.

В. Следует ли считать, что раздражитель, подвергшийся угашению, действительно становится столь же индифферентным, каким он был до обусловливания? Множество фактов убеждает нас в обратном. Можно прежде всего указать на влияние постороннего для данной ситуации раздражителя (опыт Завадского, цит. Павловым, 1951): так, неожиданный шум, прикосновение или какое-нибудь внезапное событие (например, появление И. П. Павлова в экспериментальной комнате) во время предъявления угашенного условного раздражителя вызывало непредвиденное явление: посторонний раздражитель не только не уменьшал реакции, но, напротив, усиливал ее; более того, если условная реакция недавно исчезла, посторонний раздражитель мог ее восстановить. Вот почему, следовательно, прежний условный раздражитель не стал по-настоящему индифферентным, а сохранил способность вызывать реакцию; посторонний раздражитель снова сделал эту способность вполне эффективной.

Это подтверждает еще один факт: допустим, что после того, как какой-то индифферентный раздражитель стал условным, а затем подвергся угашению, его снова делают условным, то есть начинают предъявлять этот раздражитель в сочетании с подкреплением. Если бы этот ныне неэффективный после у гашения раздражитель действительно стал индифферентным и не вызывал никакой реакции,. как до выработки условной реакции, следовало бы ожидать, что для восстановления условной реакции во второй раз потребуется столько же проб, как и в первый. Однако, напротив, установлено, что необходимо гораздо меньшее число сочетаний, чтобы достичь этого результата; практически достаточно всего нескольких проб, чтобы неактивный раздражитель восстановил свою способность. вызывать условную реакцию.

Г. Самопроизвольное восстановление

Последний феномен еще более характерен в следующем отношении. Допустим, что после угащения условной реакции совершенно прекращается предъявление раздражителя; спустя некоторое время его снова предъявляют и испытывают. В таком случае он полностью восстанавливает свою эффективность. Этот успешно угашенный раздражитель, который не вызывал больше условной реакции и после последней отрицательной пробы не подкреплялся, теперь снова оказался способен вызывать условную реакцию. Это явление самопроизвольного восстановления имеет большое значение; оно явно свидетельствует о том, что угашенная условная связь не стирается, а сохраняется и ей просто мешают проявиться. Теория (защищаемая Павловым), объясняющая угасание торможением, которое способно устранить условную реакцию, но может со временем исчезнуть, находит в этом факте свой сильнейший аргумент (Павлов, 1951).

Самопроизвольное восстановление в свою очередь подчиняется определенным законам. Чем больше интервал, отделяющий новую пробу условного раздражителя от последней пробы уга-шения, тем полнее проявляется самопроизвольное восстановление (Эллсон, 1938). Если после самопроизвольного восстановления условной реакции снова предъявляется условный раздражитель без подкрепления, то произойдет новое угасание и условная реакция снова исчезнет; однако на этот раз, чтобы вызвать это вторичное угашение, потребуется меньшее число проб. Спустя какое-то время может произойти новое самопроизвольное восстановление, но реакция будет слабее, и еще легче может возникнуть угасание. Можно, таким образом, многократно вызывать самопроизвольное восстановление все более слабых условных реакций и множество все более легких угасаний.

Если, напротив, после самопроизвольного восстановления условной реакции подкрепить условный раздражитель, то мы окажемся в ситуации, описанной выше, и условная реакция без труда восстановится на своем высшем уровне.

Легкость самопроизвольного восстановления связана, естественно, с достигнутой глубиной угасания; если последнее не достигло своего предела и условная реакция оказалась только ослабленной, то восстановление реакции выразится в полном или неполном восстановлении ее первоначальной силы. Наоборот, если после исчезновения угашенной условной реакции продолжается предъявление прежнего условного раздражителя без подкрепления, то происходит либо самопроизвольное восстановление слабой реакции, либо вообще не происходит никакого восстановления реакции (Разран, 1939 б); следовательно, даже после полного исчезновения условной реакции можно сделать угасание еще более глубоким; это сверхугасание, которое ставит условную реакцию как бы ниже нулевого уровня, является еще одним аргументом в пользу павловского объяснения угасания торможением.

Д. Угасание у человека

Изложенные нами результаты были вначале получены главным образом в экспериментах, проведенных на животных. Однако такие же результаты были получены и в опытах с людьми. Как у собаки после нескольких проб прекращается слюноотделение, если ей не дают пищи, так и кожногальваническая или мигательная реакция быстро исчезает при прекращении предъявления безусловного раздражителя. То же самое происходит и при инструментальном обусловливании: когда в ящике Скиннера останавливается механизм, "выдающий" пищевые шарики, крыса несколько раз, с увеличивающимися интервалами, нажимает на рычаг, а потом полностью от этого отказывается. В некоторых городах на автобусных остановках установлены аппараты, выдающие при простом нажатии на рычаг карточки с обозначенными на них номерами очереди; такой аппарат, лишенный билетов, напоминает психологу скиннеровскую ситуацию: здесь можно наблюдать и изучать у пассажиров более или менее быстрое угасание движения нажатия на рычаг и на следующий день в тот же час самопроизвольное его восстановление.

Эти наблюдения не исключают, однако, того факта, что у человека многие феномены протекают сознательно и становятся вследствие этого более сложными.

Е. Угасание и усилие

Маурер и Джонс (1943) провели эксперимент, целью которого было определить, какую роль в угасании играет один часто оспариваемый фактор. Они обучали крыс нажимать на рычаг в ящике Скиннера; во время этого научения на рычаг клали груз в 5, 42, 5 или 80 г, эти различные противовесы предъявлялись в случайном порядке. В этих условиях проводилось угашение условных реакций. Крысы были разделены на 3 группы: для первой груз всегда был равен 5 г, для второй - 42,5, для третьей - 80 г. Оказалось, что угасание происходит тем быстрее, чем тяжелее груз. Эти результаты получили подтверждение в исследованиях Соломона (1948), который, также экспериментируя с крысами, использовал в качестве ответной реакции прыжок над более или менее широкой пропастью. Можно, следовательно, сделать вывод, что важным фактором угасания является затраченное усилие, утомление. Таким образом, в новой форме была возрождена некогда разбитая Павловым теория угасания вследствие утомления (Миллер и Доллард, 1941; Халл, 1943), причем считалось, что последнее вызывается "реактивным торможением", которое и приводит якобы к угасанию.

Следует, однако, заметить, что рефлексы, не подверженные, видимо, утомлению, как, например, мигание, которое мы можем при умеренном ритме повторять тысячи раз в день, вполне подвержены угасанию; так же обстоит дело и с большинством висцеральных реакций, которые не требуют, очевидно, никакого усилия.

Следовательно, нужно рассматривать усилие как фактор, способствующий угасанию, но не определяющий его.

Ж. Прерывистое подкрепление и длительное угашение

Теперь мы можем снова вернуться к проблеме выработки условной реакции. Во всех описанных нами случаях фактически имело место постоянное предъявление подкрепления, то есть, когда мы говорили о повторении проб, которые должны были привести к образованию условных реакций, речь всегда шла о сходных пробах - о пробах, сопровождавшихся подкрепляющим агентом. Однако можно представить себе и другую процедуру, а именно сделать подкрепление прерывистым, одни пробы сопровождая подкреплением, а другие - нет. Если принять определенный порядок предъявления подкрепления, то можно, помимо уже описанного научения, наблюдать еще одну разновидность научения: можно, например, регулярно чередовать пробы с подкреплением и без подкрепления; животное способно усвоить такое чередование. Можно придумать и более сложные правила и посмотреть, до какой степени животное способно преуспеть в этом типе научения.

Однако наиболее интересной является такая ситуация, когда вообще нет никаких правил и подкрепление и неподкрепление следуют в случайном порядке; в таком случае можно определить только пропорцию, или частоту, подкрепления. Например, при случайном порядке будет 50% подкрепленных проб. В этом случае условная реакция вырабатывается без затруднений и ее конечный уровень, по-видимому, не отличается от уровня условной реакции, выработанной при постоянном подкреплении. Различие проявится только при угашении.

Хэмфрис (1939) первый обнаружил в этой ситуации один интересный феномен. Он вырабатывал условную мигательную реакцию у трех групп испытуемых: у первой группы при 100%-ном подкреплении в соответствии с обычной методикой, а у второй группы - только при 50%-ном подкреплении; третья группа служила контрольной. Всего было проведено 96 проб, и частота ответов в конце опытов у первых двух групп была почти одинаковой. Затем начиналось угашение, и результаты этих двух групп оказались совершенно различными: в то время как у испытуемых, которым ранее постоянно давали подкрепление, наблюдалось внезапное уменьшение реакций и последние характеризовались низким уровнем частоты, уменьшение реакций у испытуемых с прерывистым подкреплением происходило гораздо медленнее а было более слабым. Такие же результаты были получены Хэмфрисом (1940) при угашении кожногальванической реакции у человека; они совершенно идентичны результатам, полученным в экспериментах, проведенных по описанной нами выше методике вербальных предвидений, "аналогичных обусловливанию" (Хэмфрис, 1939 б). Эксперименты, проведенные в дальнейшем на животных, дали такие же результаты. Угашение всегда происходит медленнее и труднее после прерывистого подкрепления, чем после подкрепления постоянного. Систематические исследования (например, Вайншток, 1954) позволили уточнить, что быстрота угасания условной реакции тем меньше, чем ниже процент предшествующих подкреплений. Эти результаты послужили поводом для многочисленных теоретических дискуссий: действительно, на первый взгляд кажется, что можно интерпретировать ситуации с прерывистым подкреплением как длинный ряд, состоящий из образования условных реакций, частичного их угашения, повторного образования условных реакций, повторного их угашения и т. д. Если бы это было так, то условная реакция при 50%-ном подкреплении должна была бы быть частично угашенной; следовательно, при их настоящем угашении (при 0%-ном подкреплении) оно должно было бы произойти быстрее, чем в случае условной реакции, предварительно выработанной при том же числе проб при 100%-ном подкреплении. Однако в действительности наблюдается как раз обратное. Этому явлению были предложены различные толкования, но ни одно из них нельзя пока что считать вполне доказанным.

предыдущая главасодержаниеследующая глава









© Степанова О.Ю., Злыгостев А.С., 2001-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://psychologylib.ru/ 'Библиотека по психологии'

Рейтинг@Mail.ru